Он вышел на место катастрофы — перед ним лежала опаленная взрывом пустыня, усыпанная скелетами исковерканных конструкций. Ни звука, ни единой живой мысли не доносилось сюда, и он лежал, прислушиваясь мозгом и ушами. Долгую минуту эзвел не двигался, а затем огромными прыжками направился к обломкам. Где-то здесь были запасы пищи, заготовленные для его матери. Сколько он продержится на них, если сможет спрятаться, — другой вопрос. И уж вовсе не осмеливался он думать о том, что же делать, если повезет выжить. Предстояло усвоить миллионы изобретений этой чуждой цивилизации, похитить самолет и, наконец, захватить космический корабль.

Он заметил на снегу справа от себя тень винтокрылой машины и вжался в снег инстинктивным судорожным движением. Его мысли потеряли всякую логику и под влиянием не подвластных разуму эмоций превратились в невообразимые мечты: уподобиться какому-нибудь искореженному контейнеру или куску металла, стать одним из этих обломков.

— Не пытайся спрятаться, — уловил эзвел обращенную к нему мысль Калеба Карсона. — Я знаю, что ты должен был прийти именно сюда. Взрослый эзвел мог бы надеяться добиться успеха самостоятельно. Но молодому — неопытному и наивному — нужен совет. Настал час принимать решение.

Тихо рыча, эзвел следил, как вертолет, делая круги, спускался все ниже и ниже, пока не завис не более чем в сотне футов над землей. В яростном отчаянии эзвел встал на задние лапы, словно хотел каким-то невероятным образом дотянуться до машины и изо всех сил швырнуть ее оземь. Тут же вторглись невозмутимые мысли Карсона:

— Отлично! Встань и будь человеком, насколько способен. Тебе предстоит стать человеком в душе или умереть. Объясню подробнее. Мак-Леннан убежден, что я ошибаюсь; он и Карлинг будут здесь через пять минут! Пять минут на то, чтобы полностью изменить свое отношение к жизни.